Неформальный сектор в социально-структурных процессах российского села
Неформальный сектор в социально-структурных процессах российского села
Аннотация
Код статьи
S086904990004397-8-1
DOI
10.31857/S086904990004397-8
Тип публикации
Статья
Статус публикации
Опубликовано
Авторы
Муханова Мария Николаевна 
Должность: старший научный сотрудник
Аффилиация: кандидат социологических наук, старший научный сотрудник Федерального научно-исследовательского центра (ФНИСЦ).
Адрес: Российская Федерация, Москва
Выпуск
Страницы
66-78
Аннотация

Исследование занятости сельского населения в неформальном секторе и его влияние на социально-структурные процессы на рынке труда агропромышленного комплекса (АПК) опирается на базу данных Росстата 2011–2016 гг. по обследованию домохозяйств и индивидов по заказу Правительства РФ. Методом интервью опрошено сельское население от 16 лет в девяти федеральных округах, в том числе в Крымском ФО. Переход к рынку в 1990-е гг. сопровождался ростом безработицы, бедности, появлением разных форм самозанятости. Выявлено, что снижение уровня занятости населения в сельском хозяйстве и рост в других отраслях АПК обусловили отраслевую мобильность, трансформацию социальной структуры села и образование неформального сектора, в котором треть занятых – селяне. Возможно, не будь этого сектора, они остались бы не у дел

Ключевые слова
неформальный сектор и формальный сектор, рынок труда, АПК, структура занятости сельского населения, социально-профессиональная структура, домохозяйства, образование, доходы.
Классификатор
Дата публикации
27.03.2019
Кол-во символов
33348
Всего подписок
20
Всего просмотров
197
Оценка читателей
0.0 (0 голосов)
Цитировать Скачать pdf 100 руб. / 1.0 SU

Для скачивания PDF необходимо авторизоваться

Полная версия доступна только подписчикам
Подпишитесь прямо сейчас
Подписка только на эту статью
100 руб. / 1.0 SU
Подписка на весь выпуск
800 руб. / 16.0 SU
Все выпуски за 2019 год
4224 руб. / 30.0 SU
1 Неформальный сектор в социально-структурных процессах российского села
2 Одна из основных задач агропромышленного комплекса (АПК) на ближайшую перспективу – не только полное обеспечение страны отечественным продовольствием, но и повышение конкурентоспособности российской сельскохозяйственной продукции на мировом рынке в условиях импортозамещения. Это усилило внимание к проблемам трудообеспеченности АПК, актуализировало проблему неформальной занятости в сельском хозяйстве. Важно проследить, каковы модели адаптации селян на рынке труда, оценить масштабы, состав, особенности неформального сектора в АПК, перспективы развития занятости в сельском хозяйстве и состояние человеческого капитала как трудового ресурса села.
3 Образование сектора неформальной занятости сельского населения – часть процесса институционализации рыночной экономики в аграрном секторе в 1990-е гг. Переход к рынку сопровождался изменениями на рынке труда, ростом безработицы, бедности, появлением разных форм самозанятости сельского населения. Занятость в неформальном секторе – распространенное явление в странах с переходной экономикой, где доминируют бедность и высокий уровень безработицы. Ее характерные особенности – нацеленность работников на выживание, а не накопление человеческого капитала, незащищенность трудовых прав, отсутствие формального договора с работодателем.
4 В рамках методологии Международной организации труда (МОТ) неформальный сектор и неформальная занятость как категории – не синонимы. Каждая из них несет свою смысловую и содержательную нагрузку. Становление данных феноменов, их трактовка и операционализация как социально-экономического процесса на рынке труда, сопряжены с немалыми методологическими трудностями (см. [В тени регулирования… 2014; Наемный работник… 2015; Жвитиашвили 2016; Синявская 2005; Стребков, Шевчук 2015; Шкаратан, Карачаровский, Гасюкова 2015]).
5 Под неформальной занятостью условимся понимать неформальные отношения между работодателем и работником, в ходе которых последний нанимается на основе устной договоренности, без гражданско-правового договора, не имея никакой институциональной защиты своих прав. Согласно положениям 15-й Международной конференции статистики труда (1993 г.), неформальный сектор рассматривается шире – как совокупность производственных единиц, занятых производством товаров и услуг, где работники обеспечены рабочими местами и доходами [Синявская 2005]. Как правило, эти производства слабо технологически оснащены, имеют низкую рентабельность и более половины работников в них нанимаются на основе устной договоренности. Наниматели в неформальном секторе получают возможность управлять численностью и составом работников, исходя из конъюнктуры рынка, оптимизируя при этом свои затраты и поддерживая нужный уровень производительности труда. Особенно это важно для малого бизнеса. Но в то же время трудовые отношения с работодателем в неформальном секторе могут быть расторгнуты в любое время, то есть это своего рода неполноценная, ущемленная правовая и социальная гарантия занятости. Грань между неформально занятым и занятым в неформальном секторе очень тонкая, размытая. Специфика рынка труда на селе такова, что работа как в формальном, так и в неформальном секторах мало отличима по надежности и по оплате труда.
6 В России занятые в неформальном секторе определяются статистикой как “лица, которые в течение обследуемого периода были заняты, по меньшей мере, в одной из производственных единиц неформального сектора независимо от статуса занятости и от того, являлась ли данная работа для них основной или дополнительной”. Критерием определения единиц неформального сектора принято считать отсутствие государственной регистрации в качестве юридического лица [Занятость 2014].
7 Значимость исследования заключается в комплексном анализе рынка труда и социально-структурных процессов российского села на массивах крупномасштабных панельных исследований, охватывающих все регионы РФ, показывающие специфичность момента сельского мира, когда уходят традиционные формы хозяйствования и исчезают привычные контуры социальной структуры села. Это определяет две основные гипотезы исследования и основу методологического анализа эмпирических данных, демонстрирующих реальность социально-структурных процессов российского села.
8 1. Концентрация и уровень занятости сельского населения в производственных отраслях – главная характеристика и основа изменения в социальной структуре села. Внутри нее наблюдаются существенные различия между социальными группами (образование, условия найма, профессиональная занятость, доходы), то есть она имеет внутреннюю структуру, детерминированную социально-экономическими факторами развития АПК и экономики в целом. Структурную мобильность в отраслях АПК и изменение численности занятых в различных видах экономической деятельности обусловливает потребность в рабочей силе. На образование неформального сектора также влияют поселенческая инфраструктура, уровень региональной безработицы, миграционные потоки и др.
9 2. Трансформация социальной структуры, возникновение новых форм занятости на рынке труда обусловили непостоянство, нелинейный характер занятости, а также повседневной жизни крестьян, что вызвало значимые социокультурные и ценностные изменения в их ментальности и образе жизни. По словам З. Баумана, “неопределенность наших дней является могущественной индивидуализирующей силой… она разделяет, вместо того, чтобы объединить. В условиях, когда занятость становится краткосрочной, лишается четких перспектив, остается мало шансов для укоренения и укрепления взаимной лояльности и солидарностиˮ [Бауман 2002, с. 30–31]. Процесс индивидуализации разрывает старые связи внутри сельских локальных сообществ, порождает новые модели отношений, сформированные на рационализации и на распаде старых коллективных идентичностей.
10 Проведенный анализ занятости сельского населения на рынке труда АПК основан на панельных данных Росстата, собранных по заказу Правительства РФ, что говорит о надежности контроля и репрезентативности результатов. Первое обследование домохозяйств и проживающих в них членов (“Комплексное наблюдение условий жизни населенияˮ) было проведено Росстатом в 2011–2016 гг. во всех субъектах РФ. В 2011 г. методом интервью опрошено 5763 селян от 16 лет и старше, проживающих в 2835 сельских домохозяйствах. В последующие годы сельская выборка была увеличена и в 2016 г. составила 33 547 респондентов, проживающих в 18 225 домохозяйствах в 85 субъектах РФ в девяти федеральных округах, в том числе Крымском ФО ( >>>> ).
11 “Выборочное наблюдение доходов населения и участия в социальных программахˮ проведено Росстатом в 83 регионах страны во всех административно-федеральных округах. В 2012 г. методом интервью опрошено 5800 индивидов с 16 лет, проживающих в 2754 сельских домохозяйствах. В 2016 г. сельская выборка была увеличена и составила 34 685 респондентов, проживающих в 18 888 домохозяйствах1. Для анализа рынка труда АПК применялись индикаторы, характеризующие социально-структурные процессы села, статус занятости, отношение к труду, доходы, экономическое положение домохозяйств. В исследовании использованы также Предварительные итоги сельскохозяйственной переписи (2016 г.).
1. Массивы с результатами данного обследования Росстата полностью открыты на сайте в марте 2017 г. Данные обработаны мной с помощью статистической программы SPSS ( >>>> ).
12 Социально-территориальное неравенство в российском обществе обусловлено прежде всего тем, что жизненно важные ресурсы распределены неравномерно, их потоки сосредоточиваются в столицах и крупных городах. Замкнутость российских сельских поселений и производственная локализация часто приводит к их экономической отсталости, слабости. И даже в том случае, когда в сельском поселении находится крупное транснациональное или российское предприятие, например Агрохолдинг, это не означает, что селяне будут востребованы на связанном с ним рынке труда. Социальное пространство, по П. Бурдье, “может восприниматься в форме структуры распределения различных видов капиталаˮ [Бурдье 1993, с. 41]. Ресурсы территории обусловливают деятельность людей, дают возможность для реализации их потенциала или этому препятствуют. Условимся понимать занятых в неформальном секторе российского села как одно из проявлений неравенства и рассматривать их как страту депривированных и бедных слоев в социальной структуре, “где в качестве элементов выступают социальные институты, социальные группы и общности разных типовˮ [Шкаратан 2012, с. 53].
13 Отраслевая занятость работников неформального сектора АПК
14 Процессы на рынке труда АПК, обусловленные переходом к рыночной экономике, потребовали значительной гибкости трудовых отношений. Это привело к интеграции, легализации и расширению доступных нестандартных, неформальных форм занятости, что объясняет трансформацию и смещение разных профессиональных групп в структуры различных видов сервисных услуг и их развитие на рынке труда АПК. Поэтому работники неформального сектора на селе неоднородны по составу отраслевой занятости.
15 В сельском хозяйстве неформальный сектор представлен самозанятыми селянами, у которых основное место работы — личное подсобное хозяйство (ЛПХ) и крестьянско-фермерское хозяйство (КФХ). Они имеют статус фермеров или индивидуальных предпринимателей и используют семейные и местные ресурсы для производства и реализации продукции.
16 ЛПХ делятся на два типа: занятые производством продукции, предназначенной или для собственного потребления, или для полной либо частичной ее реализации. Последние как товарные производители – основная часть в структуре занятых в неформальном секторе сельского хозяйства, составляющая 20–22%. Статистика учитывает их как экономически занятых, хотя большинство не имеют статуса индивидуального предпринимателя. По мере изменения состава населения их число сокращается. По данным Росстата, в 2016 г. по сравнению с 2009 г., доля занятых в товарных ЛПХ сократилась на 10%, в потребительских – на 7%. Согласно сельскохозяйственной переписи 2016 г., по сравнению с переписью 2010 г., число ЛПХ на селе сократилось с 14 800 до 13 716 млн [Предварительные 2017, с. 64]. Несмотря на то, что численность КФХ сократилась вдвое за рассматриваемый период и по разным причинам они были вынуждены перейти в статус ЛПХ, тем не менее последние в численности сокращаются. Расчеты аграриев показывают, что если еще в 2000 г. только замещение лиц пожилого возраста сельской молодежью, вступающей в трудоспособный возраст, составляло около 238%, то к 2010 г. этот показатель снизился уже до 86,8%, а по прогнозам к 2020 г. он упадет до 15% [Козлов, Панков, Яковлева 2016, с. 34].
17 В постсоветский период эта форма хозяйствования была условием выживания и основным видом занятости для большинства сельского населения. В социальной структуре современной сельской России в ЛПХ самозанятые – большая социальная группа (более трети от всех занятых). Иными словами, самозанятые в терминах Дж. Голдторпа, то есть те, кто не продают свою рабочую силу и не покупают чужую, образуют одну из основных составляющих социально-структурных процессов в российском селе.
18 Удельный вес ЛПХ сокращается как низкотоварный и потребительский сектор: в 2016 г. уровень производства хозяйств населения упал до 34,7%. [Бюллетень… 2017]. Очевидно, что уровень производства продукции обеспечивается не сельскими пенсионерами, составляющими большинство в ЛПХ, а теми, кто имеют крупные или средние хозяйства.
19 В сегодняшних условиях, когда на рынке АПК присутствуют мощные производственные структуры – крупные сельхозорганизации, Агрохолдинги – ЛПХ можно характеризовать как маргинальные формы хозяйствования и структура производства “прошлогоˮ. Производственная деятельность их не имеет собственной динамики и перспективы [Муханова 2013]. Своим выживанием они обязаны социальной инерции или той временной пользе, которую извлекают из них власть и экономика.
20 Другая группа, во многом относящаяся к неформальному сектору сельского хозяйства, – фермерские хозяйства. Их более 136,6 тыс. единиц. По данным сельхозпереписи 2016 г., по сравнению с данными 2010 г., их численность уменьшилась практически наполовину. Но они стали крупнее, устойчивее и эффективнее. Увеличилась площадь земельного участка более чем в два раза на одно фермерское хозяйство, в основном за счет ввода в оборот заброшенных земель, то есть на 10 млн га выросли посевные площади, растет продуктивность хозяйств и в результате рентабельность [Предварительные… 2017, с. 13]. В фермерских хозяйствах производится 12,5% сельскохозяйственной продукции [Бюллетень…]. Возможно, благодаря естественному отбору, в этой сфере остаются самые успешные. По прогнозам экспертов и чиновников Минсельхоза, фермерские хозяйства с сильной мотивацией к сельскохозяйственному труду, с самого начала проявившие себя как эффективные и мобильные (от принятия решения до исполнения проходит минимум времени) оцениваются как динамичная и перспективная структура АПК.
21 Тем не менее проблем у российских фермерских хозяйств много, и ежегодно их численность снижается. Прежде всего это происходит из-за неопределенности в земельных отношениях: оформление земли в аренду занимает в среднем около двух лет. Земля находится в частной собственности у хозяев, в трудные времена скупивших земельные паи за бесценок у крестьян. В одном случае земли не обрабатываются, зарастают лесом и квалифицируются как заброшенные. По переписи 2016 г. таковых оказалось 80 млн га (в 2010 г. было 40 млн га). Но и в случае, когда хозяева сдают землю фермерам в аренду, они могут в любой момент ее отобрать из-за непроработанности законодательных норм. Например, по этой причине в Краснодарском крае в одном из сельских муниципальных образований находятся десятки заброшенных ферм [Нас тормозит 2015]. Остроту проблемы выявили события августа 2016 г. – акции кубанских фермеров, пытавшихся привлечь внимание Москвы к фактам захвата земли и коррупции.
22 Но, пожалуй, самая большая трудность для фермера – реализация продукции, произведенной при высоких тарифах электроэнергии и горюче-смазочных материалов. Другая проблема, с которой сталкиваются фермерские хозяйства и сельскохозяйственные организации, чьи крупные комплексы простаивают, – дефицит трудовых ресурсов: желающих работать на селе немного [Развивать село… 2017, с. 11].
23 По мнению экспертов, деньги, выделяемые на сельское хозяйство, в том числе на импортозамещение, идут в банки и крупные корпорации. 20 сельскохозяйственных олигархов получают 95% господдержки. Остальные 5% делят между собой более 52 тыс. сельхозорганизаций (бывшие колхозы и совхозы), 27 тыс. микропредприятий и более 216 КФХ [Акулова 2015, с. 2]. В этой ситуации особенно сложно фермерам, не выдерживающим конкуренции и вынужденным ограничивать свою деятельность ЛПХ. В 2016 г. “крупный бизнес в количестве 1,2 процента прихватил 40 процентов льготных кредитовˮ [Кашин 2018]. В 2017 г. получили кредиты на развитие хозяйства всего лишь 10% КФХ [Развивать село… 2017, с. 2]. Выделяемые правительством гранты фермерам настолько незначительны, что вряд ли им в этом помогают.
24 Таким образом, отсутствие гарантий из-за слабости законодательных и институциональных норм по землепользованию сельскохозяйственного назначения, наличия коррупции и других проблем (например, получения погектарных субсидий) в совокупности тормозят развитие фермерских хозяйств. При этом ежегодно растет численность селян, работающих в несельскохозяйственной сфере.
25 Доля сельского населения, занятого в неформальном секторе сельского хозяйства, существенно снизилась – с 33% в 2012 г. до 18,5% в 2016 г. В целом же уровень занятости селян в общей численности занятых в производстве собственно сельскохозяйственной продукции ежегодно сокращается (см. табл. 1). Зато растет занятость в несельскохозяйственных отраслях – торговле, ремонте автомототранспортных средств, бытовых изделий, в строительстве, транспорте и связи.
26

Таблица 1 Отраслевая занятость сельского населения по секторам АПК 2012–2016 гг. (в%)

27

Источник Росстат: “Выборочное наблюдение доходов населения и участия в социальных программах“, 2012–2016 гг.

28

Отраслевая занятость сельского населения по секторам АПК 2012–2016 гг.

29 Сопоставление показателей занятости селян по отраслям в формальном и неформальном секторах в 2012–2016 гг. показывает, что непосредственно в сельском хозяйстве выше уровень занятости работников в неформальном секторе (в основном, за счет занятости в ЛПХ) по сравнению с формальным. Хотя численность работников первых снизилась по сравнению с 2012 г., только каждый пятый работает в сельском хозяйстве. Причиной, возможно, стал их отток в города.
30 В несельскохозяйственных отраслях в неформальном секторе велика доля занятых в сфере обслуживания, торговле, транспорте, ремонте автотранспортных средств, бытовых услугах, в строительстве и связи. Эта доля втрое превышает число занятых в формальном секторе. Отраслевая занятость неформального сектора показывает, с одной стороны, социально-структурные (количественные) изменения, с другой – институциональные (качественные) изменения. Таким образом, неформальный сектор российского села как объективная реальность сформировался, заполнив пустоты, и реализовался как рациональная сфера труда для трети занятых, изменив стиль и образ жизни многих селян.
31 Занятость сельского населения в структурах неформального сектора
32 Распределение работающих селян в структурах неформального сектора (см. табл. 2) показывает, что статус наемных работников в разные годы имели до 70% занятых. Другая важная категория представлена индивидуальными предпринимателями – физическими лицами, нанимающими работников. Ее доля по сравнению с предыдущим периодом (2011 г.) существенно выросла.
33

Таблица 2 Занятость сельского населения в структурах неформального сектора, 20112016 гг. (в %)

34

Источник: “Комплексное наблюдение условия жизни…“, 2011, 2014, 2016 гг.

35

Занятость сельского населения в структурах неформального сектора, 2011–2016 гг

36 Значительно сократилась доля занятых по найму у индивидуальных предпринимателей в домашних хозяйствах. Внутри этой группы большинство (77,5%) работают за зарплату и вознаграждение. В фермерском хозяйстве они составили большинство (75%), в сфере предпринимательской деятельности без образования юридического лица (ПБОЮЛ) их около трети (28%).
37 Показатели занятости по условиям найма демонстрируют, что в формальном секторе практически каждый работает на постоянной основе (92,0%), а в неформальном секторе – только каждый второй (47,0%). Без оформления гражданско-правового договора (устная договоренность) трудились почти половина работников неформального сектора (42,7%). Если рассмотреть условия найма этой группы по профессиональной структуре, то это означает: без каких-либо социальных гарантий трудятся 41,5% квалифицированных, 38% неквалифицированных рабочих и 16% работников сферы обслуживания.
38 Изменения, произошедшие в сфере образования в 1990-х гг., значительно облегчили возможность получения высшего образования, что, в свою очередь, резко снизило численность обучающихся в профессиональных училищах. Среди работников неформального сектора только каждый десятый (10,7%) имеет высшее образование, что в два раза ниже, чем в формальном секторе (24,0%). Каждый третий имеет начальное профессиональное образование, каждый четвертый – среднее общее или среднее профессиональное образование. Сравнительно невысокий уровень образования и профессиональных навыков работников неформального сектора позволяет им устроиться на работу лишь со значительным уровнем уязвимости и безопасности. Поэтому в неформальном секторе большинство работающих характеризуют ее как тяжелую или средней тяжести (76%), более половины (55%) – опасной, связанной с нервным напряжением и воздействием вредных факторов. Четверть работников неформального сектора ищут подходящую работу с хорошей зарплатой на полное время занятости (35 часов в неделю), при этом понимая, что такую работу найти сложно.
39 По гендерному составу более половины занятых в неформальном секторе – мужчины (64%), доля женщин составляет примерно треть (36%). В формальном секторе они, соответственно, составляют 48% и 52%. Высокая доля мужчин, занятых в неформальном секторе, обусловлена тем, что большинство из них квалифицированные и неквалифицированные рабочие. Женщины работают в основном в бюджетных организациях – образовании, здравоохранении, чем и объясняется высокий уровень их занятости в формальном секторе.
40 Анализ данных показал, что большинство занятых селян проживают в населенных пунктах с численностью 201–1000 человек (40,7%), треть – с численностью 1–5 тыс. человек (35,7%), лишь каждый пятый селянин проживает в селах с численностью более 5 тыс. человек. Очевидно, что условия сложившегося сельского рынка труда с низкой зарплатой и высоким уровнем сельской безработицы – 12,1% (по РФ – 5,8%), где территориальные ресурсы по месту жительства ограничены, провоцируют процессы маятникового передвижения. Поэтому почти половина занятых в формальном секторе (41,5%), треть в неформальном (32,5%) работают не по месту жительства, а в другом населенном пункте. Косвенно эти данные подтверждаются регулярным использованием муниципального или коммерческого транспорта (37%) работниками двух секторов. Большинство добираются на работу на собственном автомобиле (60%).
41 Занятость в неформальном секторе обеспечивает гибкость рынка труда, но при этом ослабляет позиции работников. С одной стороны, занятые в этом секторе соглашаются на различные социальные издержки, но с другой – работодателю выгодны такие условия для гибкости его политики в сфере трудовых отношений при наличии низкоквалифицированных рабочих мест. В то же время для многих неформальная занятость – способ разрешения своих сложных материальных проблем.
42 Социально-профессиональная структура занятых в неформальном секторе
43 Межсекторный анализ социально-профессиональной структуры показывает закономерности изменения социально-структурных процессов на селе, их сходство и различия. Каждая из рассматриваемых групп имеет свое назначение, профессиональное наполнение, обусловленное социально-экономическим поведением селянина. Как люди моделируют свою деятельность в повседневной жизни или, другими словами, свой образ жизни через трудовую деятельность при кардинально изменившейся социальной структуре села? Для ответа на этот вопрос можно использовать данные таблицы 32.
2. Для анализа внутригруппового профессионального распределения был использован Общероссийский классификатор занятий ОК 010-2014 (МСКЗ-08), разработанный Министерством труда и социальной защиты.
44

Таблица 3 Профессиональная структура занятых селян по секторам в 2011–2016 гг. (в %)

45 Источник: “Комплексное наблюдение условий жизни…ˮ, 2011, 2014, 2016 гг.
46 В 2016 г. крупная профессиональная группа в неформальном секторе представлена работниками торговли и сферы обслуживания (27,1%). Большинство из них трудились в сфере мелкой розничной торговли: уличные торговцы, продавцы палаток и рынков (9,1%), магазинов (10,7%), работники общественного питания (2,8%) и бытового обслуживания (2,2%), охранники (3,5%).
47 Следующие модальные профессиональные группы – квалифицированные (22,5%) и неквалифицированные рабочие (21,6%). Большинство квалифицированных рабочих – представители строительных специальностей (11,5%): каменщики, кровельщики, плиточники, штукатуры-маляры, сварщики, электрики, плотники, а также работники различных промышленных предприятий – швеи, пекари и пр. Квалифицированные сельскохозяйственные рабочие (6,0%) представлены в основном фермерами различных профилей по производству сельскохозяйственной продукции, полеводами, овощеводами и товарными производителями личных подсобных хозяйств. Среди них нет таких важных сельскохозяйственных профессий, как дояры-операторы, пастухи и др. Неквалифицированные рабочие в основном заняты как разнорабочие на строительных объектах (3,0%) и на сельскохозяйственных работах (6,0%). Это грузчики, извозчики, сборщики овощей, фруктов, а также представители простых профессий (домашняя прислуга, уборщики и прислуга в гостиницах и др.).
48 Профессиональная группа машинистов установок и машин представлена водителями автотранспорта и операторами подвижной техники. Основную долю составляют водители легковых автомобилей, такси (4,5%), хотя по сравнению с 2014 г. в неформальном секторе их число сократилось более чем в два раза. В последние годы служба такси находится под контролем у различных надзорных органов, и, видимо, большинству из них выгоднее легализоваться, перейдя в формальный сектор (11,5%). Водители грузового автотранспорта, тракторов, комбайнов, уборочных машин составили 11,5%.
49 Профессионалы с высшим образованием в неформальном секторе составляют лишь 3,8%, и их доля снизилась по сравнению с 2014 г. Значительная часть этой группы – бухгалтеры, экономисты, инженеры, механики, ветеринары, врачи различных профилей, учителя, юристы, программисты, специалисты по маркетингу и рекламе. В структуре специалистов со средним специальным образованием (3,6%) доминируют работники бухгалтерии, кассиры банков, электрики, механики, операторы различных оборудований, мастера (бригадиры) промышленных предприятий, экспедиторы, медработники, фармацевты, воспитатели, работники спорта и фитнес-клубов, сферы культуры, офис-менеджеры. Группа работников, занятых подготовкой информации и документов включает секретарей, офисных служащих, операторов ПК.
50 В структуре руководителей органов власти и управления всех уровней неформального сектора (4,6%) доминируют директора небольших предприятий оптовой и розничной торговли, общепита (2,0%), хотя в формальном секторе их значительно меньше. Следующие по численности – директора предприятий досуга, здоровья, затем директора небольших предприятий и руководители отделов предприятий сельского хозяйства, строительства, обрабатывающей промышленности.
51 Внедрение рыночной экономики стало не только источником безработицы в АПК, когда сократилась потребность в сельскохозяйственном труде, но и изменило структуру спроса на рабочую силу. Спрос на сельскохозяйственные профессии на рынке труда значительно уменьшился, зато возникла потребность в профессиях сферы обслуживания. Работникам пришлось перемещаться из сельских территорий, при этом изменяя свой профессиональный статус.
52 Материальное и финансовое положение домохозяйств работников неформального сектора
53 Главная цель социально-экономической политики любого государства – благосостояние и доходность домохозяйств. В 2017 г. реальные доходы россиян сократились на 1,7% по сравнению с предыдущим периодом. Это был четвертый год падения: в 2014–2016 гг. доходы населения падали, соответственно, на 0,7%, 3,2% и 5,8% по отношению к предыдущему периоду [Доходы россиян… 2018]. Согласно данным Росстата, в 2016 г. средняя зарплата в сельском хозяйстве составила 21 755 руб. (по России в целом – 36 709 руб. [Заработная… 2018]. По данным нашего обследования, средняя зарплата работника в формальном секторе составила 17 тыс. руб., медиана – 14 300, то есть 50% из них имели зарплату до уровня медианы. Уровни зарплаты работников неформального сектора – средний (8600 руб.) и медианный (7300 руб.) – значительно ниже прожиточного минимума работающего, который в 2016 г., по данным Росстата, составил 10 722 руб. [Прожиточный минимум… 2018].
54 Рассмотрим совокупные доходы домохозяйств, полученных из разных источников (зарплата, пенсии различных видов, пособия, субсидии и пр.). В 2016 г. денежный доход на члена домохозяйства в среднем составлял 9167 руб. Каждое десятое домохозяйство на селе имело совокупный доход до 12,5 тыс. руб. (10,5%). Половина из них – домохозяйства, состоящие из трех, четырех, пяти и более человек, входящих в группы неквалифицированных рабочих и работников сферы обслуживания. В формальном секторе каждое пятое домохозяйство имело средний доход на домохозяйство до 17,5 тыс. руб. (21%), треть домохозяйств в равных долях имели доходы, соответственно, 22,5–27,5 тыс. руб. (29%) и 35–45 тыс. руб. (33,5%).
55 В неформальном секторе доход в месяц до 17,5 тыс. руб. имела треть домохозяйств многодетных семей (трое и более детей), а также четверть домохозяйств, состоящих из супружеской пары с детьми до 18 лет (26%). Среди них можно выделить домохозяйства работников, занятых на предприятии индивидуального предпринимателя (24%), в фермерских хозяйствах (43%), в собственном домашнем хозяйстве (32%), работающих на индивидуальной основе (22,5%). Домохозяйства, состоящие из супружеской пары с детьми до 18 лет, можно разбить на группы, имеющие доходы до 17,5 тыс. руб. (28%), 22,5–27,5 тыс. руб. (32%) и 35–45 тыс. руб. (30%) и более 45 тыс. руб. (10%), соответственно.
56 Более половины сельских домохозяйств с затруднениями (59%) и треть с небольшими затруднениями (31,5%) сводят концы с концами. Для более трети домохозяйств проблематично купить одежду и оплачивать услуги ЖКХ. Среди них родители-одиночки с детьми до 18 лет (42,5%), супружеские пары с детьми. Половина домохозяйств, в том числе с детьми до 18 лет, не имеют возможности приобрести товары длительного пользования. Среднемесячная оплата ЖКХ в октябре–декабре 2016 г. для сельских домохозяйств составила в среднем 3574 руб. Треть домохозяйств за эти услуги платила более 4 тыс. руб. (30%), из них 15% – более 5,5 тыс. руб.
57 Данные проведенного обследования свидетельствуют о доминировании в структуре приоритетов опрошенных ценностей выживания. Во многом именно поэтому 69% домохозяйств держат личные подсобные хозяйства, правда, доходы от них селян составляют только 16,0%. При этом основные источники поступления доходов в домохозяйствах селян – зарплата (56,7%), пенсии всех видов (63,5%), помощь родственников (15%), денежные субсидии, льготы, компенсации (23,7%).
58 Низкий уровень комфортности проживания в сельской местности влияет на миграционные настроения молодежи. За последнее десятилетие отсюда уехали 42% молодежи в возрасте 15–29 лет. В 2011 г. был самый массовый в последние годы исход молодежи из села – в процентном отношении более 58% (411 тыс. человек) [Состояние... 2012]. В последующие годы эта тенденция продолжилась. Анализируя эту ситуацию, важно учитывать, что целое поколение сельской молодежи и селян среднего возраста сформировалось в условиях массовых коммуникаций и потребительского общества, где культивируются гедонистические и консьюмеристские ценности, активно идет процесс индивидуализации, влияющий на их негативное отношение к сельскому образу жизни. Поэтому стратегии выживания сельских домохозяйств не нацелены на интеграцию своих детей в крестьянскую среду. Выпускники сельскохозяйственных вузов остаются в городах, в сельскую местность практически никто из них не возвращается.
59 Каким же на этом фоне видится будущее российского села? По мнению экспертов, через 15–20 лет на сельском пространстве останутся райцентры (или поселки городского типа), где немногочисленное население вахтовым методом будет работать на полях и фермах. Создается новый эффективный тип аграрного производства с потребностью в кадрах около 1–1,5 млн человек [Развивать село... 2017].
60 Идея экономического скачка в АПК, где будут применяться новые технологии, популярны и в правительстве, и в экспертном сообществе. Однако все вышесказанное свидетельствует о том, что существующие проблемы села препятствуют, ограничивают развитие его экономических, трудовых и капитальных ресурсов.
61 Исследование неформального сектора, в котором занята треть трудоспособного сельского населения, свидетельствует о проблемах качества государственных институтов и их негативном влиянии на социально-экономическое развитие села и страны в целом. Аграрное производство перестает быть главным источником занятости сельского населения, что и обусловило рост занятости селян в несельскохозяйственных отраслях в формальном и неформальном секторах. Треть работников неформального и почти половина формального секторов работают не в том населенном пункте, где они живут. Половина рабочих мест, предлагаемых в отрасли сельского хозяйства и АПК в целом, оплачивается ниже прожиточного минимума или на его уровне. Притом что большинство хозяйств испытывает дефицит рабочих кадров, уровень безработных самый высокий, особенно среди мужчин молодого и среднего возраста. Разрушена преемственность поколений: старые кадры уходят, а новые квалифицированные, компетентные не идут на сельский рынок труда.
62 Хотя неформальный сектор отличается примитивным технологическим уровнем, низкой капиталоемкостью, невысоким уровнем человеческого капитала, он, вместе с тем, канализирует издержки социального развития общества, поглощая трудовые ресурсы, которые за пределами этого вида занятости остались бы не у дел. Основная часть работников неформального сектора представляется депривированной категорией сельского населения, для которого такого рода занятость – единственное средство выживания. При этом заметных или ярко выраженных различий между работниками формального и неформального секторов в рассматриваемый период не наблюдается.

Библиография

1. Акулова О. (2015) Нефть на хлеб не намажешь // Сельская жизнь. № 16. С. 2.

2. Бауман З. (2002) Индивидуализированное общество. М.: Логос.

3. Бурдье П. (1993) Социология политики. М.: Socio-Logos.

4. Бюллетень “Основные показатели сельского хозяйства в России в 2016 г.? // Официальный сайт Росстата (http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/ rosstat_main/rosstat/ru/statistics/publications/catalog/).

5. В тени регулирования: неформальность на российском рынке труда (2014). Под ред. В.Е. Гимпельсона, Р.И. Капелюшникова. М.: Издательский дом ВШЭ.

6. Доходы россиян падают четыре года подряд (2018) // Официальный сайт газеты Ведомости (https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2018/01/25/748956-dohodi-rossiyan-padayut-chetire-goda).

7. Жвитиашвили А. (2016) Нестабильная занятость и социальное неравенство: западный опыт // INTER. № 11. С. 16–26.

8. Занятость в неформальном секторе (2014) // Экономическая активность населения России (по результатам выборочных обследований). 2014. Стат. сборник. М.: Росстат.

9. Заработная плата в сельском хозяйстве в 2016 г. (2018) // Официальный сайт Росстата (http://www.gks.ru/wps/wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/ statistics/wages/).

10. Кашин В. (2018) Выступление на заседании в Госдуме // Официальный сайт Крестьянские ведомости (http://kvedomosti.ru/news/kommentarij-v-kashin-eto-chto-za-genocid-ustroili-v-otnoshenii-krestyan.html).

11. Козлов А., Панков Б., Яковлева О. (2016) Аграрный рынок труда: старые проблемы, новые вызовы // АПК: экономика, управление. № 4. С. 32–39.

12. Муханова М.Н. (2013) Производственная деятельность и типы сельских домохозяйств (на примере личных подсобных хозяйств) // Мир России. № 1. С. 78–105.

13. Наемный работник в современной России (2015) / Отв. ред. З.Т. Голенкова. М.: Новый хронограф.

14. Нас тормозит земельный вопрос. Почему фермеры не могут накормить страну (2015) // Официальный сайт газеты Аргументы и факты (http://www.aif.ru/ money/economy/nas_tormozit_zemelnyy_vopros).

15. Прожиточный минимум в 2016 г. (2018) (http://www.gks.ru/wps/ wcm/connect/rosstat_main/rosstat/ru/statistics/population/level/#).

16. Предварительные итоги Всероссийской сельскохозяйственной переписи 2016 года. Т. 1. (2017). Федеральная служба государственной статистики. М.: ИИЦ “Статистика России?.

17. Развивать село на устойчивом росте экономики. Заседание Комитета Госдумы по аграрным вопросам (2017) // Сельская жизнь. № 49. С. 1–17.

18. Состояние социально-трудовой сферы села и предложения по ее регулированию. Ежегодный доклад по результатам мониторинга. 2011 г.: Научное издание (2012) / Отв. за доклад Д.И. Торопов. М.: ФГБНУ “Росинформагротех?. Вып. 13.

19. Синявская О.В. (2005) Неформальная занятость в современной России: измерение, масштабы, динамика. М.: Поматур.

20. Стребков Д.О., Шевчук А.В. (2015) Трудовые траектории самозанятых профессионалов (фрилансеров) // Мир России. № 1. С. 72–100.

21. Шкаратан О.И. (2012) Социология неравенства. Теория и реальность М.: ИД ВШЭ.

22. Шкаратан О.И., Карачаровский В.В., Гасюкова Е.Н. (2015) Прекариат: теория и эмпирический анализ (на материалах опросов в России, 1994–2013) // Социологические исследования. № 12. С. 99–110.